Джеркас Ордо
Мы смотрели друг на друга сквозь прицел и не оставляли права не судить
Следующая пара дней прошла в ожидании новых сотрудников, наведении порядка в лагере и утрясании формальностей в связи с расширением экспедиции. Несколько раз пришлось связываться с Бастионом. Радовало одно – военная делегация собиралась пробыть в лагере всего сутки или двое.
Наконец, с орбиты пришло сообщение с просьбой уточнить планетарные координаты.
Тэми Торнтон обошел лагерь, последний раз проверяя готовность. Все приготовления были окончены, твилечка и даггрианец, занимавшиеся обедом, доложили, что через полчаса все будет кончено. Мира с Дросси сидели, приводя в порядок документацию, а Гред, проверявший состояние дроидов, даже не вылез из потрохов очередного механического землекопа.
Казалось, что все пройдет хорошо. Но оставалась Сафада, которая, хоть и оделась в парадное платье своего клана, не преминула нацепить планки всех своих наград времен Альянса и пристегнуть к поясу потертую кобуру.
Понимая, что отношение Сафада выскажет в любом случае, Тэми Торнтон решил не сердить гордую дочь Иридонии, а убрался приводить себя в порядок.
Едва он закончил одеваться, в дверь постучали.
- Да? – спросил профессор.
- Они садятся, - раздался голос Греда: - Пойдете встречать?
- Конечно.
От модуля был прекрасно виден снижающийся корабль класса «сентинел». Пилот заходил на посадку, собираясь поставить судно в той же части плато, где стоял корабль кореллианцев.
К Торнторну подошла Мира.
- Пошли, тянуть не стоит. А то Сафада взбесится.
Наблюдать гнев коллеги не хотелось. Торнтон великолепно помнил, как один из студентов, нахамивший забрачке, вылетел из аудитории после отменного удара рожками в лицо. И про себя молился всем древним богам, каких только мог вспомнить, чтобы забрачка не решила показать свой нрав на гостях. Однако, шедшая от раскопа Сафада не проявляла никаких признаков агрессии. Она шла, тихо напевая какую-то песенку на родном языке. Остановилась. Прикрыв ладонью глаза, посмотрела на садящийся корабль.
- Я с ней полдня говорила, - сказала Мира: - Надеюсь, что успокоила…
- Я тоже на это надеюсь.
Они пошли к импровизированной посадочной площадке. Сафада, собрав студентов, присоединилась к ним на полпути.
Пока они подходили, корабль опустился уже к самой поверхности и, выпустив опоры, мягко сел. Люк распахнулся почти сразу же. Над выезжающим трапом появились двое - средних лет офицер и пожилой мужчина в штатском.
Спустившись навстречу кореллианцам, офицер отсалютовал.
- Полковник Сейдер, - представился он.
- Профессор Шрейн, - сказал второй.
- Очень приятно, профессор Тэми Торнтон, - руководитель экспедиции обменялся рукопожатиями с прибывшими.
Из корабля постепенно выходили остальные имперские представители. Прибыло еще трое военных и четверо ученых.
Всю торжественность встречи испортил Силли. Увидев выходившего из корабля молодого чисса, он вдруг подскочил к нему.
- Вранст! – закричал даггрианец: - И ты тут!
Чисс, посмотрев на парня, улыбнулся и обнял его.
- Силли… Вот кого не ожидал…
- Вы знакомы? – спросил Шрейн.
- Да, господин профессор, - ответил чисс: - Мы вместе учились в Дагассе.
- Дагасса? – переспорсил имперец.
- Столица Даггра, уточнил Силли: - Наша планета находится на границе с Доминионом.
- Я понял, - профессор неодобрительно посмотрел на яркие волосы и легкомысленный костюм Силли, но промолчал.
Эта встреча знакомцев разрядила обстановку.
- Гред, - сказал Торнтон: - Подгони дроидов. Поможем разгрузиться.
- Ага, - протянул парень, с интересом глядя на одну из девушек, прилетевших с профессором.
- Может, сначала, хоть познакомимся? – спросил Шрейн.
- Почему бы и нет. Позвольте вам представить Сафаду а-Кун.
Забрачка вежливо кивнула.
У Торнтона буквально отлегло от сердца. Сафада не тронула гостей. И не наговорила им ничего поганого.


Передача останков состоялась в тот же день. Приняв шестнадцать пластиковых мешков, военные отбыли, выразив экспедиции благодарность за жест доброй воли.
Следующие три дня ушли на расширение лагеря и акклиматизацию новых участников экспедиции. Большую часть времени имперские коллеги либо занимались упражнениями, привыкая к повышенной гравитации Иридонии, либо лежали пластом, отдыхая от оных. Но работа кореллианцев вернулась в привычное русло. Загоревшая почти до черноты Мира, носилась по участку, разбираясь с новыми местами раскопов. Сили`Молара, Сафада и Силли с Гредом занимались двумя начатыми раскопами. К общему удивлению, первый раскоп вдруг стал давать находки. За эти три дня было найдено, в общей сложности, около двух десятков бытовых предметов и фрагментов оных. Проведя совещание с коллегами, кореллианцы пришли к выводу, что речь может идти о раскопках остатков двора, в котором, как это часто бывает у забраков, хранилось все, что еще хоть как-то может быть использовано. Это и было принято за рабочую гипотезу. Второй раскоп пока находок не принес.

Наконец, имперские коллеги акклиматизировались настолько, что помаленьку начали участвовать в работе. Профессор Шрейн, обойдя участок и ознакомившись с материалами, собранными Сафадой, предложил начать раскопки еще в одном квадрате, где, по его мнению, могли сохраниться остатки нескольких жилищ. Ознакомившись с субкартами Миры, он заявил, что несколько скоплений валунов, найденных под землей, весьма напоминают искомые остатки домов, а потому вопрос можно считать решенным. Торнтон не возражал. Взяв в помощники аккуратного и исполнительного дролла, профессор занимался своим квадратом, все ближе подходя к скоплению металла.
Вечером третьего дня от установления Империи, как назвал прилет коллег языкастый Гред, экспедиция дозрела-таки до решения вопроса о направлении работ.
Встреча проходила под тентом, натянутым между модулями, который с легкой руки Сили`Моларо был обозван Бакурой. На попытки имперского профессора получить объяснения, она напомнила о перемирии, заключенном между Альянсом и Империей на этой планете. Несмотря на ворчание Шрейна, название прижилось.
Все началось с того, что Торнтон показал коллеге результат сканирования квадрата Аурек-1 и поделился предположениями.
- Вы знаете, - ответил Шрейн: - Я позволю себе не согласиться с вашими выводами. Учитывая глубину залегания и скорость нарастания почвы в этом районе, можно оценить предполагаемый возраст этого скопления. Если мы предположим, что оно действительно принадлежит к этому слою, то вынуждены считать, что его возраст превышает возраст Республики.
- А что вас смущает?
- То, что за это время металл должен был окислиться полностью. Особенно в здешних почвах. Я бы скорее предположил, что это – остатки техники времен мандалорских войн.
- Я проверил эту версию. И не нашел ни одного образца бронетехники с подобными обводами.
- А с чего вы взяли, что это – именно бронетехника? Возможно, это – обломок корабля или атмосферного летательного аппарата, вбитый в почву взрывом. А, даже если это – образец наземной техники, то почему он обязан быть стандартизированным? В период Мандалора Наивысшего эту планету защищало, в том числе и ополчение кланов. А они могли использовать любые варианты эрзац-бронетехники.
- Не совсем так, - сказала Сафада: - В каждом клане существовали свои вооруженные силы. Но необходимость стандартизации техники все прекрасно понимали. А производства, позволявшие ее делать, у нас вполне были.
- Да. Но во время конфликта бронетехника выбывает. Потому требуется замена. И порой проще обшить спидер броней, чем ждать новый танк. Согласитесь, возможная трактовка.
- Это да. То есть, узнать что-либо конкретное мы сможем, только докопавшись до объекта… Кстати. Объект такого возраста придется консервировать…
- Это не проблема. У нас есть необходимое оборудование.
- Отлично.
Какое-то время Шрейн сидел, задумчиво глядя на снимки.
- Даже если это – времена Ревана, то ценность находки велика. Я предлагаю сосредоточиться на этом направлении.
Торнтон удивленно поглядел на коллегу. Шрейн улыбнулся.
- Все просто. Раскапывая поселение, мы, максимум, найдем еще что-то, относящееся к быту забраков…
- Простите, коллега, но ведь любая находка важна!
- Не спорю, не спорю. Но эта находка может быть очень важна.
- Но мы не имеем права терять остальное!
- В чем-то вы правы. Но и терять возможность найти что-то стоящее мы не имеем права. Нет, конечно, я не призываю вас уничтожать культурный слой. Будем работать по всем правилам, но сосредоточимся на этом объекте.
Торнтон задумался. С одной стороны, основной задачей экспедиции было именно поселение. С другой, этот объект, получивший прозвище «танк Миры», явно заслуживал внимания.
- Я даже склонен согласиться, - сказал он через несколько минут размышлений.
- Вот и отлично!

На следующий день большая часть имеющихся дроидов и персонала была переведена в квадрат Аурек-1. Несколько задержала работу идея, высказанная Сафадой. Она предложила начать несколько параллельных раскопов, края которых смыкались бы. Это, конечно, увеличивало площадь работ и требовало некоторой задержки. Но увеличенная площадь раскопок позволяла использовать всех имеющихся дроидов. К сожалению экспедиции, единственное, что было найдено в параллельных раскопах – пара фрагментов тел, похоже, относящихся к тому же захоронению. Включив находки в реестр, профессор Шрейн попросил пока не извещать Бастион, мотивируя это тем, что необходимость тратить время на новую встречу с армией, задержит работы.

Еще через неделю, когда раскоп углубился на два метра, принеся только несколько следов разбитого некогда здесь лагеря, работы были остановлены. Твилечка, подбежав к Торнтону, координирующему работу дроидов, сбивающимся голосом рассказала, что на ее участке пошла какая-то странная порода. Мира, вооруженная анализаторами, была отправлена проверять состав находки. Бурая, рыхлая земля действительно была неожиданностью в этих каменистых местах. Взяв пробы грунта, Мира занялась проверкой. Торнтон распорядился копать более впимательно.
Аккуратно раскапывая эту почву, твилечка сообщила, что наткнулась на останки. Эта новость заставила Торнтона и Шрейна взяться за этот кусок раскопа самим. Даже Силли, Вранст и Гред, занимавшиеся просеиванием почвы на отвалах в поисках упущенных находок, пришли посмотреть, мотивируя это необходимостью перекура.
Постепенно был раскопан скелет, явно принадлежащий не забраку. Более того, руки и ноги скелета были связаны кусками провода. Нижняя челюсть погибшего была сломана. Когда находка была очищена, Шрейн вызвал своего помощника, поручив ему точно определить расу, к которой принадлежал несчастный.
-Меня несколько смущает правильность формы этого вкрапления, - заявил Шрейн, оглядывая кусок бурой почвы.
- Проверим, - сказал Торнтон.
Мира и Ховерд, помощник профессора Шрейна, вернулись почти одновременно.
- Кажется, это был ботан, - сказал имперец: - Скелет совпадает.
- У меня новости похуже, - сказал Мира: - Похоже, господа, вы от души покопались в… Ну, я скажу вежливо: в копролите.
- То есть, в дерьме? – переспроисл сконфуженный Шрейн.
- Да. То есть, в дерьме.
- Но что в нем делает связанный ботан? И почему его слой идет так странно?
Торнтон осмотрел место находки еще раз. И вдруг хлопнул себя по лбу.
- Да это же просто сортир.
- То есть?
- Простейшая конструкция уборной – яма, выкопанная в почве, куда и справляют свои естественные надобности, зарывая по мере заполнения. И относится она, похоже, к тому лагерю, край которого мы зацепили.
- Но что там делать связанному ботану?
- Наверное, его тело туда бросили. Только не знаю, живым или мертвым.
- Вы предполагаете, что его просто утопили… Хм… В нечистотах?
- Не могу исключать такого. Забраки не любят шпионов. А ботаны славны именно искусством шпионажа…
Выкладки Торнтона были прерваны истерическим смехом Греда и Салли. Даже спокойный чисс не удержался и присоединился к хохоту. Сали`Моларо закрыла лицо руками и, плача, побежала к лестнице, ведущей из раскопа.
- Господа, - сказал Ховерд: - Сохраняйте серьезность. Мы нашли следы расправы над предателем. Притом, жестокой расправы. Неужели, в этом есть что-то забавное?
- Да, - сказал Торнтон, сгибаясь от смеха: - Есть... Вот не знаю, плакать или смеяться…
Торнтон продолжил поиски в неприятном слое. Вдруг его внимание привлекла слишком правильная форма одного из камешков. Засняв место расположения оного, профессор занялся очисткой находки. Это оказалась деталь от блока распределения энергии спидера, притом, покрытая остатками фиберплатовой упаковки. Аккуратно поместив находку в консервирующий контейнер, Торнтон продолжил поиски.
Вернулась заплаканная твилечка.
- Что с тобой, Сили`Моларо? – спросил профессор.
- Почему? – спросила она: - Почему мне так не везет…
- А в чем?
- Почему именно мне попалась эта яма?
- А что плохого? Здесь уже две находки. И, может быть, будет еще что-то. Ближе к нижней части.
- Вы считаете, что это – ценная находка?
- Да. Копай, моя хорошая.
Девушка вновь запустила дроида.
Убедившись, что все в порядке, Торнтон пошел обходить остальные участки раскопа. Следующим, кто сообщили о находке, были работавшие вместе дролл и Торикс, один из имперских студентов. Были найдены остатки рваного рюкзака, похоже, выброшенного за ненадобностью. Эту находку задокументровали не менее пристально.
Также в этот день удача улыбнулась Сили`Моларо. Девушка нашла в нижних слоях бывшей выгребной ямы металлическую расческу, остатки сломанного лезвия ножа и небольшой мешочек с мелкими монетами клана Эйхани. Эти предметы, похоже, бывшие хозяева сочтли слишком незначительными, чтобы ради их возвращения лезть в выгребную яму. Сафада, внимательно осмотревшая находки, высказала предположение, что лагерь мог принадлежать разбойникам из клана Сорен. С мнением эксперта по Иридонии спорить не стали.