Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
17:37 

Кантина.

Джеркас Ордо
Мы смотрели друг на друга сквозь прицел и не оставляли права не судить
Рассказ, некогда написанный для конкурса. Пусть будет и здесь...



Этого места нет ни на одной карте Империи. Ни один астрогатор ни разу его не отметил. Ни одна правительственная комиссия не включала в реестр обитаемых миров. Только те, кому посчастливилось (или не посчастливилось, это как смотреть) жить в вечной тени закона, знают о его существовании. Только кто-нибудь из них может когда-нибудь подвести ваш корабль к несущемуся около безымянной звезды поясу астероидов и, безошибочно выделив один из крупнейших, подойти к выдолбленному в камне тоннелю, над которым извивается в вечном танце голограмма девушки-твилекка. Эта вывеска заменяет название заведения. Да, вы все поняли верно. «Танцующая твилечка» - одна из черных заправок, на которых можно встретить любое порождение преступного мира галактики и даже (но иногда и в виде редкостного исключения) честного человека.

Но, несмотря на то, что это место считается одним из самых беззаконных, кое-какие правила есть и тут. Например, никто, кроме хозяина, немолодого забрака по имени Зенат, и его жены, зелтронки Аширы, не начинает стрельбу первым. Иначе он отправляется в космос. К сожалению, без корабля. Чего, естественно, никому не хочется. Это обстоятельство делает «Твилечку» одной из любимых черных заправок сектора. Какого? А это важно? Нет, не думаю. Потому, что такие места, если поискать, можно найти в любом из секторов. Даже в самом законопослушном… Итак, давным-давно, в одной далекой галактике таких мест не было. А у нас здесь – дофига. Вот, например, наша «Твилечка»…





… В этот день посетителей собралось необычно много. Причину никто не называл вслух, но знали все присутствующие. Она была довольно обычна и не вызывала никакого удивления. Все началось с того, что к кантине подошел всем известный потрепанный транспортник. Его хозяина знали настолько давно, что пропустили даже без объяснения. Пожилой дурос приземлился, оплатил стоянку и заправку, после чего протопал внутрь астероида, где располагалось самое лакомое для любого космического бродяги место – кантина. Зенат, сидевший за стойкой, был занят обычным делом – он в очередной раз протирал единственный хрустальный бокал, наличествующий в заведении. Глядя через грани сереннского хрусталя на свет, он тихо насвистывал какую-то песенку со своей прекрасной Иридонии.

Дурос плюхнулся на стул у стойки. Хозяин поднял рогатую голову, и даже улыбнулся гостю, показывая подточенные зубы.

- Привет, Геро. Давненько тебя не было.

Старый контрабандист растянул в улыбке безгубый рот.

- Ага. Последнее время я в этом секторе не летал.

- Как живешь?

- Лучше тебя.

- Ну что ты, меня жена хоть не пилит.

Геро никогда в жизни не был женат. Потому оба усмехнулись давней шутке. Забрак вытащил бутылку и пластиковый стакан. Налил до краев и придвинул гостю. Тот выпил залпом.

- Сегодня у тебя будет много народа, рогатый.

- Что такое?

- Облава.

Забрак кивнул. Похоже, император опять решил напомнить всем главный закон любой власти – запрет кому-либо, кроме нее самой, грабить подданных. Потому те, кто сможет, прорвется сюда. И будут сидеть, пережидая период активности флота. Главное, чтобы эти бедовые головы не сцепились. Через полчаса напившийся дурос спокойно заснул за угловым столиком около двух дюжих виквеев, охранявших вход во внутренние помещения. И, по знаку хозяина, был унесен отсыпаться. Своих в «Твилечке» не обижали, а Геро был своим.



Через несколько часов кантина была полна. Зенат сидел за стойкой, оглядывая собравшихся. Кое-кого он знал. Около стойки, сдвинув три стола, сидела разномастная компания наршаддцев, гонявших бутылку. Ими предводительствовал здоровенный катар с гривой, заплетенной в косицы, украшенные разноцветными камнями и кольцами. Наиарр с командой. Эти ребята в розыске по всем окрестным системам. И за дело. Отморозки редкостные. Но с мозгами у них все в порядке, потому гадить не будут. Через стол от них сидел миралук Иччи со своей командой, его верный старпом, кушибан, возлежал на столе, лакая из подставленного блюдца с подслащенной водой. Остальные члены команды сидели за столом, жестоко расправляясь с жареным мясом невинно убиенной банты. Иччи тоже проблем не устроит, ему отказ от дома не нужен.

За ними расположилась четверка неизвестных. Крепкий высокий забрак, обнимающий высокую тоненькую девушку из своей расы, средних лет трандошанка, одетая, как член семьи какого-то из герцогов ее мира и огромный, почти шестиметровый хатт-меланист, судя по всему, и возглавляющий эту компанию. Мало того, что все в дорогущих украшениях, так еще и при оружии. Тем более, хатт, в отличие от своих сородичей, был отнюдь не мешком жира. Огромные мускулы так и перекатывались под кожей при каждом движении тела. Пока хатт просто лежал около стены, беседуя со своей компанией, но, если ему захочется здесь порезвиться, с обстановкой кантины можно будет распрощаться.

За этой четверкой сидела компания из пяти тогориан. Этих возчиков Зенат знал. Отсидятся и улетят. Несмотря на буйный характер их расы, эти понимали, что иногда буйство стоит очень дорого. Рядом с ними, сдвинув несколько столов, сидела еще одна компания. Судя по характерным оранжевым комбинезонам нескольких, явно повстанцы. Похоже, также не горят желанием лезть под патрули. В углу заведения сидел еще один человек. Настолько необычный в этом месте, что даже привычный ко всему Зенат удивился. Невысокий худой мужчина, одетый в приличный деловой костюм под охраной двух боевых дроидов, застывших за его спиной

Пока хозяин кантины рассматривал гостей, за его спиной раздались тихие шаги. Мягкая ладонь легла на могучий загривок забрака.

- Милый, - мурлыкнула Ашира, целуя мужа в макушку: - Что тут у нас?

- Полная кантина отморозков, которые пока еще не дерутся.

- Это очень хорошо.

- Но я не хочу, чтоб они все разнесли!

- И не разнесут. Я уже кое-что придумала…

Одним движением зелтронка запрыгнула на стойку. Замерла, чуть откинувшись назад. Вдруг подпрыгнула и закружилась в танце, выбивая немыслимую дробь из дюрастила стойки металлическими подковками на носиках туфель и каблуках-шпильках. Безумный степ длился минут пять. Потом зелтронка замерла, ловя восхищенные взгляды мужчин-гуманоидов. Поклонилась присутствующим.

- Привет всем! – сказала она: - Я и мой муж рады приветствовать вас, парни, в нашем заведении. Сначала я скажу всем, что глушилку я включила. Ни один сигнал не пройдет ни к нам, ни от нас. Потому можно расслабиться. Сегодня у нас всех особый день. И я хочу предложить вам провести его мирно и весело!

- Что, всем сразу? – спросил Иччи

- Да! Но не со мной. Я думаю, что одна зелтронка на всех – это как-то мало. Но зато есть то, что мы все любим. Это хорошие байки. Каждый готов послушать их и рассказать свои. Потому я думаю, мы будем сегодня травить байки. Тот, кто расскажет самую клевую – будет бесплатно пить весь вечер. Вы ничем не рискуете, но можете получить подарок от заведения. И это куда веселее, чем устраивать драку и, получив пинок под зад, вылетать навстречу патрулям. Не так ли?

- Резонно, - сказал черный хатт, приподнявшись на хвосте: - Эта идея мне нравится. Но, если я расскажу самую веселую – ты будешь танцевать для меня, ошпаренная.

- Легко! – зелтронка тряхнула копной рыжих волос: - Да, свой танец я тоже ставлю на кон. Но! Тот, кто расскажет худшую историю – будет танцевать перед всеми! Как вам ставка?

- Дельная! - прорычал Наиарр: - Я в игре!

- И я! – рявкнул миралука, глянул на кушибана и добавил: - точнее – мы все.

- И я! – прошипел здоровенный поджарый трандошан, сидевший у стойки.

Желающих участвовать быстро набралось много. Зелтронка, запомнив всех, уселась на стойке, вытянув одну из ног вдоль оной, давая желающим полюбоваться.

- Итак, - сказала она: - Первым расскажет свою байку… Он! – женщина указала носиком туфли на приличного господина.

Тот поднялся и вышел к стойке.

- Здравствуйте все, - начал он: - Дело в том, что моя фамилия – Вейдер… Да-да, я Шем Вейдер, мой отец был Вейдер, мой дед и прадед также были Вейдеры. Я – коммивояжер. Продаю дроидов. И, так получилось, что я летел на одну очень дальнюю колонию. Естественно, корабль запросили, кто на борту. И пилот, знавший только мою фамилию, ответил: «На борту мистер Вейдер, следует с Корусанта.». Я не знаю, что было на поверхности, но, когда я приземлился, у трапа уже был построен батальон штурмовиков, и местный мофф лично прибыл приветствовать темного лорда. И тут вместо него выхожу я… - рассказчик дал зрителям время оценить момент и продолжил, переведя дух: - А я и не предполагал подобную встречу… В общем, я смотрю на моффа. Мофф и офицеры смотрят на меня. Пауза… Немая сцена… И тут до меня доходит, что они сейчас могут меня просто расстрелять за издевательство над империей. Я подхожу к моффу, хватаю его за руку и начинаю нести чушь про то, какая у него отменная армия, как они прекрасно выучены, как я рад, что попал к ним во время учений, что наша корпорация прислала ему подарок… В общем, он оттаял. Так я побыл темным лордом…

Кантина взорвалась смехом.

- Во дает! – выдавил из себя Иччи: - Темный лорд, мать его вейдерскую…

Новый приступ смеха заставил его ткнуться лбом в стол.

- Неплохое начало! – сказала Ашира: - Теперь ты рассказывай, - она указала на одного из повстанцев.

Невысокий тощий мужичок в оранжевом комбинезоне и пестрой гоночной куртке поднялся. Поправил длинные светлые волосы, собранные в хвост. Вышел к стойке. Улыбнулся.

-Привет всем, - сказал он: - Вы хотите баек? Этого у Лайсси много. До того, как вляпаться в это Восстание, я был гонщиком. И как-то раз занесло меня на Набу, где я чуть не трахнул Амидалу. Была там такая красотка, которую зачем-то сделали королевой. По-моему, это для того, чтоб подальше от меня спрятать. Но хрен с ней. Не дала – сама дура. Не о ней речь. А расскажу я вам о том, как я взял «Огненное Кольцо»…

Народ в зале подобрался. «Огненное кольцо», проходившее на Рилоте, заслуженно считалось одной из самых опасных подпольных гонок. Три круга по подземному тоннелю на горящей машине… И победитель получает оплаченное лечение и долю от ставок, достигавших порой нескольких миллионов кредитов. Для того, чтобы участвовать в подобном безумии, надо быть просто психом. Притом, психом с отменными гоночными навыками. И рассказ победителя этой гонки уже заслуживал внимания.

- Дело было на пятый год Империи. Так получилось, что я связался с одной бабой, которую увел у моффа. Красотка была редкостная… Но и деньги любила до одури. Аж лапками сучить начинала, когда видела. И я издержался. Настолько, что в кармане – гизка на аркане, в брюхе пусто и сухо, а курва поганая еще и зудит постоянно. Вот и сел я прикидывать, на какую гонку можно сунуться. Там приз маленький, там условия жесткие. Тут-то я и вспомнил про Кольцо. Одно смущает – машины от организаторов, притом, все заряжены. Распределяют по жребию. Ну, кто был там – видел.

- Ага, - хмыкнул один из тогориан: - Видели-видели.

- Вот и хорошо, - сказал Лайсси: - Начал я думать, как гореть, но не до смерти. Как говорят организаторы – правил там нет. Но они-то думали, что это для них нет. Вот я и решил поиграть с ними без правил. Дальше я нашел одного парня, который занимался противопожарной охраной. И, хорошенько подпоив, начал расспрашивать о покрытиях, которые используют в этом деле. Он и рассказал мне про один состав, который наносят на доски, чтоб они не горели. Я решил попробовать на себе. А с этой пропиткой одна беда есть. Ядовитая она. Но это тоже можно решить, особенно – если нанести не на кожу. И я начал думать, на что еще можно наносить эту дрянь. Всякие пластики отпадали – плавиться начнут. В общем, думал я долго. Но идея пришла. Ведь, если я не могу эту пакость на себя нанести, то можно ей покрыть внутренность машины. Но, если машина не загорается, то ее дисквалифицируют. Потому я придумал выход. Оставил небольшой кусок, который не особо мешал, остальное, как залез в кабину, тут же этой дрянью залил. И полетел. В общем, долго судьи решали, считать ли мою победу. По правилам – машина должна гореть. Она и горела. Но не вся. Препирались долго, но приз все-таки дали. Однако, не это – суть. А суть в том, что красотка эта, едва увидев деньги, решила, что слишком долго себе во всем отказывала из-за меня. Вот и потребовала, чтобы я ее на Осеон свозил, посмотреть Огненный Ветер, прошвырнуться, да и накупить себе всякого. И решил я, что одна поездка – и денег нет. Что плохо. Потому от девчонки надо избавляться. Естественно, я ей ничего не сказал, но обдумывать идею начал. А среди моих фанатов был один мужик. Уже в годах, но приличный. Он с Эриаду. Вот я его выпить и зазвал. Сидим, общаемся. И начал я его о делах спрашивать. Мол, что да как. А он разошелся. И погнал. А девка слышит, что он реально богатый и стойку сделала. В общем, через неделю они вместе улетели. И я при деньгах остался и ее сбагрил. Вот такое бывает порой. Расшибаешься для девки в лепешку, а она тебя просто нахрен шлет…
Многие из мужчин, сидящих за столами, глубоко вздохнули.

Черный хатт приподнялся на хвосте.

- Теперь я расскажу.

Зелтронка, сидевшая на стойке, кивнула.

- Говорите, почтенный хатт

- Дело было в Имперском Городе, - начал хатт: - Привезли мы туда дурь. Притом, немало. Сдали барыге и сидим в спидере, думаем, что делать дальше. И тут она, - хатт погладил сидящую рядом с ним трандошанку по золотой шапочке: - Решает, что не зря приныкала несколько грамм из партии. Ну и прямо в тачке закидывается. А эта дрянь была, кстати, дерьмо редкое. С нее так проглючивает, что хоть падай. А главное, что приход незаметно начинается, плавно так. В общем, закинулась она. Потом виски хлебнула. Я ей говорю, что хватит тебе, но разве она слушает? Нет! Ибо дура, – хатт назидательно поднял палец к потолку: - Попираю эту тупую рептилию, - провозгласил он, обращаясь к присутствующим.

Трандошанка толкнула его в бок. Хатт хмыкнул и продолжил рассказ:

- Мало того, что она виски на дозу положила, так еще и косяком отполировала. И отправилась в страну прекрасных полетов. То есть, сидит, пузыри из ноздрей пускает и общается с духами древних джедаев. Притом, сука, в голос! А мы летим посреди потока. Я решил, что надо тачку припарковать и переждать. Когда ее отпустит – легче будет. Тогда долетим до корабля и нахрен с того Корусанта. Вот и сидим. А ее вдруг на хихи пробило. И так конкретно, что она ржет, аж тачка трясется. И тут подходит к нам местный полицейский. Дверь ее открывает и начинает спрашивать, что у нас такое происходит. А эта дура вытаскивает ствол и без разговоров ему прожаривает голову. И мне орет: «Гони, гони, здесь нексу! Одну я убила, но их много!». И тут я понимаю, что кажется, нам хана: посреди имперского города грохнули полисмена. Притом, средь бела дня. У меня уже перед глазами последовательно встают: отряд штурмачей, Кессель, великие стройки Империи и всякая другая жуть. Я подрываюсь и лечу к ближайшему космопорту, где наша пташка и стояла. Они, - хатт показал на забраков: - Уже ее успели разоружить. В общем, лечу быстро. И надо же было нас остановить какому-то армейскому. Мы уже думаем, как его валить, чтобы не загребли, а он говорит, что нам придется стоять и ждать, пока пролетит кортеж императора. Стоим. Ждем. И тут ее новая фантазия накрыла. Потом говорила, что приглючилось ей, будто она – жена имперского офицера. И эта чешуйчатая морда открывает верхний лючок, высовывает башку и руку и начинает махать платком и орать «Слава императору! Слава Империи!», все вокруг это подхватывают, и тут действительно мимо нас летит огромный кортеж. Охрана на нее смотрит, а она погнала, что ее муж верно служит Империи. что она всегда восхищалась Палпатином, что она хочет только служить императору. Ну, сами представляете, что бывает, если на рилл положить вискарик и отполировать корункой… Я сижу, понимаю, что отступать уже некуда. Если нас хоть заподозрят, то возьмут сразу, открываю колпак спидера, поднимаюсь на хвосте и тоже начинаю славу императору орать. И эти двое присоединяются. Так мы орали минут пять, пока они пролетали мимо. Как только оцепление сняли – понеслись мы к пташке. А у этой дуры уже приход кончается. Но она понимает, что застряла. Слишком далеко вылезла. Подъезжаем к трапу, собираемся тачку загонять, а там люк невысокий. Она уже в чувство пришла, по крыше распласталась и голосит, чтоб я осторожнее въезжал. Ну, не губить же дуру. Еле-еле заехал, чтоб ее не помять. Рогатые сразу побежали взлет готовить, а я думать стал, как ее изымать. Вот представьте: лежу я, рядом стоит спидер, и из люка на крыше торчит трандошанка. И что с ней делать? Сначала я оторвал лист обшивки вместе с лючком. Поставил ее на землю. А она стоит и этот лист на ней, как юбка… Понимаю, что вытаскивать надо, но просто лежу и тупо ржу…

Зал кантины огласился многоголосым смехом.

- Да уж, - сказала зелтронка сквозь смех: - Ну вы и загнули, достопочтенный… Теперь посмотрим, сможет ли вас превзойти он, – хозяйка указала на Иччи.

Миралука встал и вышел к стойке. Подождал, пока все отсмеются.

- В общем, - начал он: - Одно время нам пришлось промышлять без корабля. Это было плохо, мерзко и неудобно. Тогда мы занимались тем, что щипали лабухов на рейсовиках. И он, - Иччи показал на своего помощника, кушибана: - Придумал идею. А идея была в том, что мы находим чудика из глухой провинции, продаем ему Инрика, как экзотическое животное. Ну а дальше он уже все разнюхает и подготовит. В общем, тема оказалась годная. Но столько приколов у нас еще никогда не было. Вот однажды была одна редкостная дуреха. Она купила себе кушибана, ну то есть, филлис бакурскую. И принесла домой. А у нее этих мяукающих было столько, что хоть стадо из них собирай. И наш пушистый оказался в этой толпе. От него-то зверьки шарахнулись, что напрягло хозяйку. И слышит он как-то раз, как она связывается с какой-то ветклиникой. Да не просто связывается, а начинает гнать, что у нее слишком агрессивный зверь и нельзя ли его кастрировать, мол, от этого все спокойными становятся. И тут сел наш пушистик на конкретную измену. Он-то понимает, что если доктор будет умный – то это палево. А если глупый, то прощайте причиндалы. Ни того ни другого не хотелось. Потому решил он не ждать рейса, а обработать ее побыстрее. Потому, как только дура заснула, он подобрался к сейфу, открыл его, благо код подсмотрел еще поначалу, и быстро выгреб все самое ценное. Сложил в ее же сумку и начал пробираться к балкону. А по коридору идет ее слуга. И его зовет тихонько. Наш кушибан, как представил, что его подхвостная радость заживет отдельной жизнью, так сразу затаился. Сумку под себя сунул и сидит. А слуга его все ищет. А засел наш пушистик под столом. Не ахти, какое убежище. А делать уже нечего. Слуга все ближе. И видит он, что один путь бежать остался – быстро до окна, а там – по карнизу. Что он и проделал. Добрался до нашей лежки и рассказал, как яйца спас. Ну, поржали, а потом я врубаю проектор и вижу сообщение, что у дамы обокрали дом и зверька любимого прихватили. И за него вознаграждение дают. Тут я задумался. Сижу и на него посматриваю, а пушистый мой ствол берет, на меня направляет и говорит: «И не думай, мол». Я его уговаривать начинаю, а он на все одно: «Я свои яйца не на помойке нашел.» Так мы и не получили пять тысяч… Зато потом все обсуждали, стоят ли этих денег яйца кушибана…

Зелтронка повернулась к сидящему на столе Инрику.

- Милый, - сказала она глубоким томным голосом: - А твои яйца действительно столь хороши, сколь и дороги?

- Они еще лучше! – гордо ответил кушибан: - Но тебе это не узнать!

На этом диалоге кантина взорвалась хохотом. Похоже, перспектива увидеть любовь кушибана и зелтронки вдохновила многих.

Пьяный трандошан, сидевший у стойки, вдруг поднялся. Оглядел всех. И, после того, как посетители подуспокоились, сказал:

- Я расскажу, - не дожидаясь ответа зелтронки, продолжил: - Я был наемником. Во время Войны Клонов я служил Республике. Один джедай вытащил меня от порога Богини. Я был ему должен, потому служил и защищал. Он не раз говорил, что смерти нет, есть только Сила. Но потом его пристрелили. Как дурака, в идиотской стычке на планете, название которой я забыл. Я двое суток сидел рядом с ним и ждал, пока он оживет. Потом я съел его, очистил косточки пальцев и сделал из них четки. Вот эти четки, - он показал присутствующим свое творение: - А денег у меня все равно нет, так что либо убейте, либо скажите, что моя байка лучшая.

В кантине повисла тишина.

- Джесск, ты пьян. Заткнись, - прошипела трандошанка.
- А какого ситха ты жива, Тхэсса? – ответил Джесск: - Он сдох, а ты жива. Все вы – мразь и погань. Они, - когтистая лапа ящера указала на повстанцев: - хоть чего-то в жизни хотят хорошего, а вы все просто плесень.

- Ну и иди к ним, - посоветовал хатт.

- И пойду! – трандошан подхватил стул и прислоненный к стойке пулемет, направился к бойцам Альянса и плюхнулся за их столик: - Я пришел, - сказал он: - Принимайте нового бойца.

Кантина молчала. Зелтронка поднялась на ноги, оглядела гостей с высоты стойки.

- Грустная история, - сказала она негромко: - Но жизнь продолжается. Теперь всем стоит выпить и продолжим наши рассказы. Кто хочет быть следующим?

Поднялся Наиарр.

- А я расскажу.

- Давай, катар: - сказала зелтронка: - Может, хоть ты нас успокоишь.

- А я попробую. В общем, жил у нас на Нар-Шадде один босс. Был он так себе. Ничем особо не выделялся. Пока не пришла ему в голову мысль завести ранкора. А проштырило его это под риллом. Закинулся он как-то и лежал, пузыри пуская. И пришла ему в голову мысль. Вот живет он. Все его знают и ценят. А помрет – и забудут. Как и не бывало. Вот и начал он думать, как помереть можно так, чтоб все запомнили. Можно забить стрелку сразу пяти хаттам и лечь в перестрелке. Но это не то. Сколько каждый год на стрелках ложится? Вот то-то и оно, что до фига. Да и у ребят потом проблемы будут. Так что к ситхам это. Можно прилететь к императору и детонатором в него кинуть. Но потом домой добрые имперцы прилетят. А это никому нахрен не надо. Вот и думал он над этим делом. Как бы помереть, чтобы все запомнили, но никого этим не подставить? Вопрос-то не простой. И, наконец, когда приход уже почти отпустил, его постигло просветление. Надо завести ранкора. Вырастить, выкормить, а потом оный зверь его и сожрет. На этом он и отрубился. Но, очнувшись, он даже вспомнил свою идею. И взялся за дело.
Перво-наперво, купил он одного ученого. Ну, по зверям который. Его пираты прихватили и продавали, да никому он целый год был не нужен. Взял он этого профессора, и поехали они покупать ранкора. Долго искали. И, наконец, увидели Его. Это был еще ранкоренок. Но совершенно черный. А самое главное, самый агрессивный. Его один никто продавал, да все желающих не было. Купил зверя босс, не торгуясь. И начали они с профессором этого ранкора выращивать. Кормили, ухаживали, дрессировали. Босс для него даже отдельную платформу купил. Жил зверь, рос, мужал. Как подрос, ему начали противников возить. И всех он рвал. Играючи, как я пакетик. Вот. Наконец, он вырос. И привык он к этому боссу, как к родному. И перевезли его в дом к хозяину, а вольеру со спальней соединили дверями. Каждый день босс ходил к нему, говорил со зверем, даже с рук кормил. Пристрелит, бывает, кого, тело принесет и сам ранкору скормит.
Пока босс жил, он привык этого зверя с собой на разборки брать. Чего тут говорить, да вся Нар-Шадда помнит, как это чудище спидерами кидалось! Как он босса из-под выстрелов выдернул… Стали они, одним словом, неразлучны.
Время шло. И вот, провертели этого босса. Один родианец сумел-таки деньги отработать. Просверлил из бластера прямо через легкие. Принесли его, положили. А босс понял, что кончается и велел выпускать ранкора. Ну, жена, понятно, поплакала, вольеру открыла и удрала. Все рев услышали, да такой, что двое суток ни один живой к спальне не подходил. Бесился ранкор так, что дом дрожал. И вот все затихло…
Послали дроида. Собрались все, на экран смотрят. И видят, лежит на кровати мертвый босс. А рядом ранкор сдохший. Не смог он без друга жить.
Так и схоронили их вместе. И гробницу построили такую, что закачаешься. Все, как надо. А рядом ранкора положили. И на стене всех вырезали, кого он разорвал. Специально с Набу скульптора везли, но сделали. Да под эту гробницу полгода планету искали! Такую, чтобы спалось им сладко. Чтоб и горы были, и море и леса… В общем, если они куда после смерти и попали, то вместе. А может, ангелы их унесли. Не знаю, врать не буду. Но за такую дружбу точно воздастся.

Наршаддец договорил. Вздохнул. Закурил.

Зелтронка покачала головой.

- Бывает же такое… Вот о чем слышать не приходилось, так это о подобном. Но чего только в галактике не бывает… Я не удивлена. Но послушать историю о такой дружбе очень приятно. Есть еще кто-нибудь, готовый рассказать свою историю?

Она оглядела зал кантины. Но вроде никто не спешил продолжить рассказы.

- Муж, - сказала зелтронка: - Что в эфире?

- Судя по всему, имперцы сворачивают облаву, - ответил забрак: - Так что скоро можно разлетаться. Хорошо посидели, душевно. Не так ли, почтенные гости?

- По-моему – вполне, - ответил один из наршаддцев.

- А то! – булькнул хатт: - Только в конце все на грусть-тоску съехало.

- Хорошо! – сказала зелтронка: - Чтобы вы не улетали грустными, я расскажу вам историю. Эта история действительно случилась со мной, когда я училась на Корусанте. Было мне тогда всего семнадцать, передо мной была вся жизнь, и ничего не мешало мне стать тем, кем хотелось. Но на мою беду… А, может, на счастье, я увидела его, - она показала на своего мужа: - Мы оба были молоды, горячи… Так и закрутилось…. Через полтора года меня отчислили из университета, его изгнали из клана. Но нам было на это плевать. Перед нами была вся галактика. И ругань родни ничего не значила. Я понимаю, что вы все росли по-другому, но мы когда-то умели верить… И мы поверили. Поверили словам о том, что Республика сгнила, что единственное, что для нее можно сделать – это создать объединение планет, не завязанное на нее. Что Конфедерация – лучший выход. И мы пошли за Дуку. Мы прошли всю войну. Вместе с нашими товарищами, нашими братьями шли от планеты к планете, пока удача нам улыбалась. Вместе с ними отступали на Внешнее. Мы верили, что война не кончена. Но уже понимали, что хотим мира. Но признать себя проигравшими и вернуться в родные миры означало бы доказать себе, что мы ничего не смогли. Потому мы остались здесь. Сначала – просто как пара пиратов. На старом грузовичке, который мой муж переделал для этого ремесла. Потом я выиграла эту кантину. Все время, которое я жила на этом куске камня, доказало, что я нашла то, что не меняется нигде и никогда. Это кантины. Вы можете прийти в любую и увидите, что там все по-прежнему. Империя, Республика, Конфедерация… Они приходят и уходят, а кантины остаются. Потому все выпейте за кантины. Выпейте за единственное неизменное место галактики. Пейте и наслаждайтесь. Я не беру денег с тех, кто рассказал сегодня свои байки. Это было приятно. Мне и всем остальным. Скоро трассы освободятся и вы сможете лететь. Удачи вам. Да хранит вас все, во что вы верите. Будете опять в нашем секторе – залетайте. Я всегда рада гостям. И у меня ничего не меняется. Да хранит вас вечная кантина!

Хозяйка спрыгнула со стойки, налила себе стакан и выпила. Улыбнулась гостям и скрылась во внутренних помещениях кантины.

URL
   

Записная книжка

главная